ТИГРЫ ТРАВЯНЫХ ДЖУНГЛЕЙ
С. Моинов
Я заметил его чисто случайно на склоне нагретого августовским солнцем холма, заросшего клевером, ромашками и другими, незнакомыми мне травами. Это был он, «mantis religiosa», или иначе «богомол благочестивый», встречи с которым я давно искал. Он сидел на каком-то зонтичном растении, одетый в элегантный зеленый костюм, делавший его почти неразличимым в густой траве. Он, конечно, давно заметил меня (глаза этих насекомых фиксируют любое движение на расстоянии до десяти двенадцати метров), но не сделал никаких попыток скрыться и продолжал сидеть неподвижно, как изваяние.
Несколько минут мы внимательно разглядывали друг друга, и у меня вдруг возникло какое-то странное и, честно говоря, не очень приятное ощущение, что в обращенном ко мне плоском лице богомола, и особенно в его пронзительном, холодном взгляде, есть что-то человеческое, разумное и даже высокомерное. Я подставил ему палец, и он, к моему удивлению, без колебаний перебрался на него, смешно переставляя тонкие задние ножки и высоко задрав молитвенно сложенные передние лапы. Мне давно уже хотелось поближе познакомиться с богомолами и понаблюдать за ними и, поместив свою добычу в коробку от сигарет, я поспешил домой, чтобы поудобнее устроить своего пленника. Богомолов легко отличить от других насекомых по их непропорционально развитым передним ногам, которые они всегда держат согнутыми и слегка приподнятыми перед головой, что придает им определенное сходство с молящимся человеком. Из-за этой «молитвенной» позы они и получили свое название, которое, однако, совершенно не соответствует их действительному характеру. Другой отличительной чертой является плоская, треугольная, очень подвижная голова, в двух углах которой сидят крупные выпуклые глаза, а в третьем, направленном вниз, находится рот. Следя за своей добычей богомолы могут, как совы, поворачивать голову почти на 180.
Мощные передние лапы богомолов, напоминающие орудия средневековых палачей, представляют собой очень эффективный инструмент для схватывания и удержания добычи. При атаке бедро и голень этих лап, внутренние поверхности которых усеяны острыми шипами, в долю секунды складываются, как складной нож, мертвой хваткой зажимая схваченную жертву. Этот хватательный инструмент – самое главное «изобретение» семейства богомолов, доведенное до совершенства в процессе эволюции в течение сотен миллионов лет.
На Земле живут около 2000 видов богомолов. Они очень теплолюбивы, и встретить их можно только в тропических и субтропических странах. По своей природе все они – свирепые хищники, питающиеся только животной пищей, главным образом насекомыми. Непревзойденные мастера маскировки, они обычно занимают позицию в гуще травы или на листьях кустарников в тех местах, которые чаще всего посещаются другими насекомыми, и молниеносно бросаются из засады на приблизившуюся жертву. Многие виды, обитающие в тропических странах, покинули «травяные джунгли» и приспособились жить и охотиться на стволах деревьев, на почве и даже на цветах. По своей окраске и форме тела они, соответственно, поразительно напоминают кору деревьев, сухие листья, лепестки и другие части тропических цветов.
Покровительственная окраска и умение оставаться неподвижными и незаметными в течение долгого времени исключительно важны для богомолов не только потому, что помогают им добывать пищу, но и потому, что спасают их от насекомоядных птиц, летучих мышей, ящериц и обезьян, излюбленной пищей которых они являются.
Если их обнаружили, то поймать их нетрудно. Неуклюжая походка и медленный, неуверенный полет оставляют им мало шансов для спасения.
Различные виды богомолов сильно
отличаются по размерам. Самые
крупные, живущие в тропических
странах, достигают 20-25 сантиметров в длину. Их жертвами часто
становятся не только насекомые, но
и небольшие ящерицы, лягушки и
даже мелкие птицы, питающиеся
нектаром, такие как колибри. В то
же время рост самых маленьких,
карликовых представителей этого семейства, не превышает двух сантиметров. Необычная внешность и
повадки богомолов, так сильно отличающие их от других насекомых, не могли остаться незамеченными нашими предками. С незапамятных времен люди испытывали к ним суеверный страх и считали их существами, связанными с
потусторонним миром. Древние
греки называли их «мантис», что
означает «пророки» или «прорицатели». Жители многих мусульманских стран и сегодня верят в то,
что богомолы «молятся», повернувшись лицом к Мекке. В Японии
и Китае они всегда были символом
силы, храбрости и свирепости. В
средние века японские самураи
гравировали изображения богомолов на эфесах своих обоюдоострых мечей, чтобы внушить страх
врагам, а создатели древней китайской борьбы кунг-фу переняли у
них некоторые приемы и тактические уловки при ведении схватки.
Чтобы завершить коллективный портрет богомолов, надо сказать, что все они – каннибалы. Самка, как правило, убивает и съедает своего партнера после спаривания. Иногда она откусывает голову самцу еще в процессе оплодотворения, но тот продолжает его даже с откушенной головой. Объясняется это тем, что нервные центры, управляющие процессом спаривания, расположены по всей длине его тела. Как считают некоторые энто мологи, самка съедает своего партнера, чтобы самой не быть съеденной им. Каннибализм приводит к тому, что богомолы в природе никогда не скапливаются группами. Принцип – «не больше одного богомола на кусте» соблюдается неукоснительно.
Своего пленника я поселил в просторный аквариум, густо засадив его различными травами. Он очень быстро в нем освоился и, выбрав место на стебле ромашки, замер, молитвенно задрав кверху передние лапы. А уже через пару часов он начал с успехом охотиться на кузнечиков и мух, которыми я в изобилии снабдил его. Когда неосторожная жертва приближалась к замершему в засаде хищнику, он несколько раз слегка покачивал головой, чтобы точнее определить расстояние до нее, а затем следовал молниеносный снайперский бросок и добыча оказывалась намертво схваченной его усеянными шипами передними лапами.
В скверной привычке этих насекомых поедать себе подобных я убедился через несколько дней, когда
мне подарили еще двух богомолов, зеленого и светло-коричневого. Выпустив их из стеклянных банок, в которых они сидели, чтобы
получше рассмотреть, я необдуманно оставил их без присмотра и
вышел в соседнюю комнату за фотоаппаратом. Когда я вернулся буквально через пару минут, то увидел,
что коричневый уже откусил зеленому голову и, захватив его лапами,
с жадностью поедает. Он не прерывал трапезу до тех пор, пока
полностью не съел своего собрата,
который, кстати сказать, был такого же роста, как и он сам. Нетронутыми остались только жесткие
передние лапы и надкрылья.
Пойманный мной богомол прожил у меня несколько недель. Время от времени я менял увядшие травы и наводил порядок в аквариуме. Обычно в таких случаях я подставлял ему палец, на который он с готовностью перелезал, а затем пересаживал его на свежий кустик ромашки или другого растения. Но как-то, когда для очередной уборки я снял крышку аквариума, он неожиданно вспорхнул, сел на ограду балкона, походил по ней, погрелся на солнце и улетел. Я не стал ловить его и только помахал ему рукой на прощание.
