Серны, козероги, сурки и другие...

С. Мойнов

О парке Мерле я впервые услышал от своего коллеги по работе в МОГ, когда как-то показал ему фотографию серны на одном из ледников недалеко от Зермата, которой гордился, несмотря на то, что качество снимка, сделанного метров с 30 в туманную погоду, оставляло желать лучшего: маленькая бурая фигурка горной козы была не очень заметна на фоне серых валунов морены. На моего собеседника снимок не произвел никакого впечатления. Безразлично взглянув на него, он посоветовал: захочешь снимать горных коз, поезжай в парк Merlet в Шамони. Там их много и не только таких...».

Естественно, что при первой же возможности мы с женой отравились в горы. Въезжаем в долину Шамони, поворот на Les Houches, потом еще один - на мост через Arve и круто вверх по извилистой асфальтовой дороге. Еще один поворот на изрытый рытвинами проселок и километра через два - небольшая стоянка для машин.
Входим в парк и останавливаемся, зачарованные открывшимся видом на массив Монблана. Прямо перед нами, в центре величественной панорамы, голубовато-зелеными изломами льда сверкает Bossons, самый крутой ледник в Европе. А над ним в бездонную синеву неба вонзается иззубренная пирамида Aiguille du Midi, кажущаяся еще более острой из-за установленной на ней мачты ретранслятора. Вправо от нее - белоснежная трапеция Mont Blanc du Tactil, затем поблескивающий льдом купол Mont Maudit и наконец вершинный гребень Монблана. Слева от Aiguille du Midi вздымаются ажурные пики Aiguille du Chamonix. A на самом левом фланге этого парада гигантов стоят Aiguille Verte и легендарная Dru, одна из самых сложных вершин Европы, несбыточная мечта многих альпинистов.

Обитателей парка не приходится долго искать. Совсем рядом на склоне пасется группа серн. Они не проявляют какого-либо беспокойства и позволяют себя фотографировать с близкого расстояния, у них маленькие изящные головки с тонкими, загнутыми крючком рожками. Взлохмаченная шерсть и проходящая через мордочку темная полоска придают им какое-то отдаленное сходство с участниками рождественских костюмированных шествии в долине Лаченталъ (в кантоне Вале, в Швейцарии).

Как считают зоологи, серны занимают промежуточное место между антилопами и козами. Полагают, что их предки были обитателями равнин и начали «осваивать» горы только в самом конце ледникового периода. Если это так, то надо признать, что они не теряли времени даром и стали за это время первоклассными скалолазами. На воле, в горах серны держатся небольшими группами. Роль вожака обычно выполняет старая опытная коза. При малейшей опасности, она громко свистит, и все стадо, совершая головокружительные прыжки, несется по скалам, нередко сталкивая при этом лежащие на уступах камни и вызывая камнепады. На серн в Альпах охотятся, однако их поголовье достаточно велико, и встретить их в горах можно довольно часто, иногда совсем рядом с человеческим жильем.

Оказалось, что в парке много оленей и ланей. Буквально через несколько шагов мы наткнулись на очаровательного олененка и его грациозную мамашу, спокойно щипавшую траву, и остановились полюбоваться ими. Шаловливый, как и все малыши, олененок стрелой носился вверх и вниз по склону. В какой-то момент он забежал за наши спины, и мы оказались между ним и матерью. Это его так испугало, что он замер на месте, а потом чисто по-детски захныкал, только что не заплакал. Мамаолениха оторвалась от травы, укоризненно посмотрела на нас и несколько раз возмущенно топнула ногой: «Ну что встали, ребенку пройти не даете!» Пришлось уйти ...

Ищем самых замечальных обитателей парка, которыми безусловно, являются альпийские козероги или, как их здесь называют, букетаны. В отличии от серн, никто не сомневается в том, что уж они исконные жители Альп. Наши пращуры, охотившиеся на них в незапамятные времена, рисовали их на стенах пещер. Возраст этих рисунков оценивается в пятнадцать -двадцать тысяч лет.

Судьба букетанов складывалась довольно трагично. Неконтролируемая охота привела к тому, что к началу прошлого столетия они были полностью выбиты во всех альпийских странах. Только в Италии, на границе с Францией (на территории современного национального парка Grand Paradis), еще бродили по горам несколько десятков чудом уцелевших горных козлов. В результате введения строжайших мер по охране козерогов в Италии и благодаря поистине подвижнической работе сотрудников национальных парков по их воспроизведению удалось сохранить этих замечательных животных. Во Франции для спасения и реинтродукции букетанов в 1963 году был создан национальный парк Vanoise, имеющий общую границу с Grand Paradis. Со времени организации парка число козерогов в нем увеличилось настолько, что в наши дни их начали постепенно расселять в другие районы страны.
Время приближалось к полудню, когда мы наконец у видели первого букетана, старого самца. Надменно подняв увенчанную тяжелыми метровыми рогами голову, он лежал в тени и смотрел как бы сквозь нас, куда-то в одному ему ведомую даль. Казалось, что он настолько погружен в свои думы, что совершенно не замечает ни людей, ни нацеленного на него объектива. Мы прошли в двух метрах от него, а он даже ухом не повел.

А вот и еще один. Из-за скального выступа метрах в десяти от нас появляется бородатая голова с огромными саблевидными рогами. Мы стоим за деревом, и он не видит нас Щелчок затвора заставляет его остановиться. Он угрожающе наклоняет рога в нашу сторону, как бы предупреждая, что не потерпит больше никаких вольностей, и, не удостаивая нас больше вниманием, уходит вверх по склону, мерно покачиваясь на ходу.

На открытом солнцу пригорке столбцом сидит сурок. Он только что вылез из норы и греется на солнце. Его передние лапки прижаты к груди, и он что-то грызет. Осторожно подбираюсь к нему, наблюдая за ним в видоискатель. Как назло спотыкаюсь и, чтобы устоять на ногах, взмахиваю рукой. Пронзительно свистнув, сурок исчезает в норе. Надо ждать...
Сурки очень боязливы и осторожны, но в то же время любопытны. Проходит несколько минут и из норы высовывается круглая головка с блестящими выпуклыми глазками. Зверек осматривается, вылезает из норы, садится на задние лапы и начинает тщательно расчесывать свою шубку. Через пару минут к нему присоединяются еще двое, потом еще один. Щелчки затвора их не пугают, главное - не делать резких движений.

Сурков в Альпах можно увидеть повсюду на высокогорных лугах вплоть до снеговой линии. Живут они в глубоких и длинных норах, имеющих несколько входов. В них же и зимуют семьями, впадая в спячку, которая продолжается до 6 месяцев. Они легко привыкают к неволе и становятся совсем ручными. Неслучайно в старину именно они были верными спутниками менестрелей. Вспомним песенку савояра: «Из края: в край вперед иду и мой сурок со мною...»

В парке живут и горные бараны, муфлоны, которых легко узнать по характерным, лихо закрученным назад толстым рогам, красновато-коричневой окраске шерсти и высоким белым «чулкам» на ногах. Интересно наблюдать, как они передвигаются по парку. В отличие от индивидуалистов козерогов, они постоянно держатся компактной группой тесно прижавшись друг к другу и выставив вперед и в стороны свои мощные рога. Ну прямо древнеримская фаланга, к которой не подберешься ни с какой стороны.

Садится солнце, густеют тени, из долины в парк медленно поднимаются сумерки. Но противоположный ее склон все еще освещен, и на его фоне четко проектируются силуэты пасущихся на поляне оленей. Пора уезжать.